Монаршая благодарность | Мордовский музей имени С.Д. Эрьзи

Атрибуция

Н.C. Осянина

МОНАРШАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ
( К вопросу об установлении биографических сведений героев картины И.К. Макарова «Портрет семьи Черемисиновых»)

Истинная цель дела благотворительности не в том, чтобы благотворить, а в том, чтобы некому было благотворить.

Василий Ключевский

 

У каждого музейного экспоната своя судьба, своя история бытования. Одни проделывают короткий путь от мастерской художника до  запасника или музейной экспозиции. Другим же выпадает тернистая дорога, на которой счастливые отрезки, когда люди буквально «пылинки сдувают» с произведения, сменяются трудными временами. И тогда лишь чистая случайность спасает от гибели.

Рама

В 1978 году коллекция произведений И.К. Макарова в фондах Мордовского республиканского музея изобразительных искусств пополнилась парадным портретом семьи Черемисиновых. Об этом событии рассказывает М.И. Сурина, заведующая отделом «Музей мордовской народной культуры», а в то время – заместитель директора музея по научной работе: « В 1977 году Н. А. Косинец (главный хранитель МРМИИ) была на стажировке в Русском музее в Ленинграде. Коллеги из ГРМ рассказали ей о женщине, которая приходила и  предлагала купить картину И.К. Макарова.  Нонна Алексеевна побывала у И.И. Поповой (так звали владелицу), которая  жила в коммуналке на Невском проспекте неподалёку от Русского музея. Со слов женщины, картина попала к ней случайно. Во время блокады, в поисках дров, она   увидела её на стене в пустой нежилой квартире и решила перенести  в свою комнату – уж очень была  картина хороша в богатой резной раме. Как бы ни было холодно, хозяйка так и не решилась распилить раму и сжечь в печке. Благополучно  картина  дожила у неё в первозданном виде до 1970-х годов. Картина понравилась и Н.А. Косинец, к тому же, произведение было подписным, с автографом И.К. Макарова, а на обратной стороне холста  были указаны имена изображённых, что, без сомнения, делало работу ещё более ценной для музейного собрания.  Вернувшись в Саранск, Нонна Алексеевна рассказала о находке, и  тогда было принято решение приобрести картину для музея. В ходе переписки с И.И. Поповой сошлись на сумме в 400 рублей (250 руб. за картину и 150 руб. за раму). За картиной в Ленинград направили музейного реставратора В.И.  Гавычева. Однако он привёз лишь саму  картину, а раму не взял, сославшись на то, что груз получался слишком тяжёлым и объёмным. (Как же голодная женщина смогла перенести картину с рамой?)

В 1980 году республиканские власти решили установить памятник Емельяну Пугачёву в Саранске и сделали заказ ленинградскому скульптору А. Г. Плискину.  Выполнив эскиз, он пригласил заказчиков обсудить его. В командировку была направлена я и архитектор В. И. Романовский. Тогда было решено  заехать к Поповой и забрать раму. Когда приехали по адресу, оказалось, что дом на капитальном ремонте, а жильцы получили новые квартиры. В ближайшем отделении милиции новых адресов не знали, так мы и уехали ни с чем.

Через несколько месяцев в Саранске я  встретила свою знакомую С. Ширяеву, которая работала в МВД. Я попросила её разыскать И.И. Попову, и вскоре у нас был новый  адрес.  В связи с приёмом памятника Пугачёву В.И. Романовский вновь поехал в Ленинград. Будучи большим другом музея, он согласился привезти раму. Однако, приехав к Поповой, он услышал от удивлённой и обескураженной хозяйки, что та не взяла раму при переезде, продав её одному ценителю старины. Извинившись,  женщина вручила Романовскому 150 рублей с просьбой передать музею.

Задумав открыть в 1985 году зал И.К. Макарова, музей заказал для семейного портрета новую раму». (1)

К сожалению, сейчас уже никто не может описать ту  раму, в которую был «одет» «Портрет семьи Черемисиновых». Мы можем только догадываться о её роскоши и красоте. Ну, а чтобы закончить разговор о раме, приведу ещё один факт. На выставке «Драгоценная оправа. Картина и рама. Диалоги», которая работает в Третьяковской галерее, представлен «Портрет неизвестной» (1860) кисти И.К. Макарова. Картина была отобрана на выставку именно благодаря уникальной раме, которую для этого случая отреставрировали и внимательно рассмотрели. Оказалось, что в декор рамы включён герб рода Лермонтовых, а значит и героиня портрета, скорее всего, принадлежала к этой дворянской фамилии.  Вот такой «диалог» получился между картиной и рамой! Возможно, «родная»  рама нашего портрета также хранила историю семьи Черемисиновых, историю славную и печальную…

Портрет

Работая над книгой «Мастер изящной кисти Иван Макаров» (2), один из рассказов я посвятила «Портрету семьи Черемисиновых», занимающему особое место в коллекции произведений И.К. Макарова из фондов нашего музея. Во-первых, это законченное живописное произведение (в нашей коллекции преобладают эскизы или этюды); во-вторых, картина подписная (известно, что Иван Кузьмич редко ставил автограф),  в-третьих, герои семейного портреты изображены в полный рост и в костюмах конца XIX  века на фоне пейзажа (а подобная композиция всегда содержит много говорящих деталей, знаков своего времени). Благодаря надписи на обратной стороне холста  было известно, что изображены члены одной семьи – Пётр Петрович, Елизавета Григорьевна и Лиля Черемисиновы. Но более подробные сведения о героях отсутствовали. В 2011 году, работая в фондах Российской национальной библиотеки, мне удалось найти первые сведения о П.П. Черемисинове в адресной книге Санкт-Петербурга 1892 года. Тогда он проживал в Петербурге на улице Ивановской, дом 4 (ныне ул. Социалистическая в Центральном районе, пролегает между Загородным проспектом и  ул. Марата), имел чин статского советника, состоял членом Правления  общества Грязе-Царицинской железной дороги и был директором правления страхового и транспортного общества «Россiянинъ».  Интернет подсказал, что П.П. Черемисинов имел жильё в Петергофском уезде Санкт-Петербургской губернии. Из всего этого  сложился рассказ «Белый цветок», в центре повествования которого была девочка Лиля.

«Портрет семьи Черемисиновых» (1882. Холст, масло. 106х82 (овал). Инв. Ж-1052) является примером группового парадного портрета.  Фигуры даны на фоне пейзажа, достоверно передающего природу финского взморья: сосны, гранитные валуны, песчаная почва. Вполне вероятно, что картина создавалась в Петергофе, или же, написав портрет в мастерской, художник по просьбе заказчика разместил фигуры на фоне дачи Черемисиновых. Деревянное здание с лёгкими кисейными занавесками на веранде мы видим на втором плане, в глубине парка. Признаки эпохи и социальной среды, к которой принадлежат герои, подчёркиваются дорогими костюмами. На взрослых летняя одежда палевого цвета. У Петра Петровича сюртук, брюки, жилет и кепка. Елизавета Григорьевна одета в модное платье со шлейфом. Юбка на бёдрах дополнена турнюром – специальным приспособление в виде ватной подушечки,  которая приподнимает юбку и придаёт одежде модный в то время силуэт. Платье отделано блондами – кружевами из шёлка. В правой руке дама держит зонтик от солнца. На Лиле батистовое платье с голубым шёлковым поясом. В тон поясу — лента в волосах. Желая подчеркнуть увлечения девочки, художник изобразил в её руке книгу. Лиля выглядит живым свежим цветком на фоне чопорных родителей.

Иван Кузьмич пытается передать героев в движении, но не совсем удачно выбранная композиция делает фигуры статичными. Да и пейзаж выполнен весьма условно; природа не привлекает художника, всю силу своего таланта Иван Кузьмич отдаёт изображению человека с его неповторимыми чертами и внутренним миром.

Соратник и друг

Новые сведения о семье Черемисиновых были найдены в фондах Центрального государственного архива Санкт-Петербурга, где хранится дело под названием «Канцелярия Санкт-Петербургского Совета детских приютов о службе директора детского приюта Петра Губонина П.П. Черемисинова». (3) Ещё в 2011 году, узнав о том, что П.П. Черемисинов состоял в Правлении общества Грязе-Царицинской железной дороги, я впервые подумала о его непременном знакомстве с П.И. Губониным, построившим эту дорогу. Найденное архивное дело не только подтверждает данное предположение, но рассказывает о многолетней совместной деятельности и дружбе героев двух портретов кисти И.К. Макарова.

В деле хранится Аттестат (характеристика) статского советника П.П. Черемисинова, составленный 21 февраля 1891 года.  На момент составления аттестата Петру Петровичу было 54 года. Выходит, что родился он в 1837 году. Точная дата и место рождения не указаны. Дворянин. В 1862 году закончил учёбу на медицинском факультете Императорского Московского университета со степенью лекаря и приказом министра народного просвещения был определён врачом при Ливенском уездном и Ливенском приходском училищах Орловской губернии. Можно предположить, что Пётр Петрович был родом из этих мест. Согласно интернет-источникам, представители дворянского рода Черемисиновых оставили заметный след в истории Ливенского уезда. (4) Вплоть до 1875 года П.П. Черемисинов служит в Орловской губернии на разных должностях: 1864-1866 гг. – окружной врач Ливенского и Малоархангельского округов; 1866-1867 гг. – работает при врачебном отделении Орловского губернского правления; 1867-1875 гг. – земский врач Орловского уезда.

В 1865-1868 годах П.И. Губонин строит Орловско-Витебскую железную дорогу и часто бывает как в губернском городе Орле, так и в тех местах, по которым прокладывалась дорога. В это время происходит его знакомство с врачом П.П. Черемисиновым. Очевидно, оно переросло в дружеские отношения, и в 1875 году Пётр Петрович, оставив родные места, уезжает на Урал, где П.И. Губонин предложил ему должность врача строящейся Уральской Горнозаводской железной дороги. Строительство велось  в 1874-1878 годах, в основном, на деньги Губонина.

П.И. Губонин немалую долю своих доходов тратил на благотворительность. В 1865 году на его деньги в Москве была открыта школа для детей бедных родителей и сирот,  которых обучали различным профессиям.  Спустя год учебное заведение получило название «комиссаровское», в честь Осипа Комиссарова, спасшего  императора  Александра II во время покушения 4 апреля 1866 года. В 1867 году по инициативе московских промышленников заведение было реорганизована в ремесленную школу с трёхгодичным сроком подготовки мастеров по обработке металла и дерева применительно к железнодорожному делу. Через несколько лет ремесленная школа стала одним из лучших технических училищ России. На деньги Губонина строились новые здания для Комиссаровского училища, церковь; лучшие ученики выезжали на практику в Германию. (5)  Решения по распределению денег принимал Попечительский совет училища. В 1878 году П.П. Черемисинов был утверждён членом-соревнователем Попечительского совета Комиссаровского технического училища, что говорит о доверии к нему со стороны Петра Ионовича. Где в конце 1870-х — начале 1880-х жил П.П. Черемисинов — доподлинно не известно, но, скорее всего, в Петергофе «в доме Лапиной», а в Москву наезжал по делам.

Пётр Петрович в 1880-е годы делает блестящую карьеру, получает государственные награды за общественную, в том числе и благотворительную деятельность: 15 мая 1883 года награждён орденом Святого Станислава 3 степени; 30 октября 1886 года произведён в статские советники, а спустя две недели,  15 ноября, получает благодарность за заслуги, оказанные ведомству Императорского Человеколюбивого общества.

Императорское Человеколюбивое общество в XIX веке было крупнейшей благотворительной организацией в России. По традиции, общество возглавлялось императрицей. По предложению «Ея Императорского Высочества Марии Фёдоровны» 18 января 1887 года П.П. Черемисинов получает монаршую благодарность  из рук Императора Александра III.  Фактически Пётр Петрович руководит теми средствами, которые направляет П.И. Губонин на благотворительность, является его советником в этой деятельности, особенно, когда речь идёт о больницах и детских приютах.

С 1871 года П.И. Губонин содержит на свои средства детский приют Московской части Санкт-Петербурга, который в честь благотворителя был переименован в «приют Петра Губонина». 24 декабря 1888 года директором приюта был назначен П.П. Черемисинов. Через год, 28 ноября 1889 года, по предложению императрицы Марии Фёдоровны на него также возложены обязанности представителя комитета для сбора пожертвований в пользу заведений Санкт-Петербургского Совета детских приютов. Скромное годовое содержание ребёнка в приюте обходилось в 40 рублей. Сотни несчастных детей в Петербурге нуждались в помощи, и более благородной миссии Пётр Петрович  вряд ли мог бы найти для себя. Однако во второй половине 1890-го года П.П. Черемисинов был уволен с должности директора приюта Петра Губонина и освобождён от работы в Совете детских приютов. Причина подобных решений в деле не указана. Возможно, это было связано с тем, что в конце 1880-х годов П.И. Губонин все свои средства направил на благоустройство Гурзуфа и фактически прекратил содержать приют в Петербурге, а собственных средств на широкую благотворительность у Петра Петровича не было. Хотя и бедным его не назовёшь: имел собственную квартиру  в Петербурге, земли в разных губерниях: 30 десятин в Тверской  (1 десятина составляет примерно 1 гектар), 420 десятин в Орловской, 400 десятин в Ярославской.

Имена

Ещё в 2011 году я обратила внимание на расхождения в отчестве жены П.П. Черемисинова. Согласно надписи, сделанной на обратной стороне холста ручкой и чернилами (об этом говорят характерные для пера нажимы при написание букв), на портрете изображена Елизавета Григорьевна Черемисинова. Но в адресной книге за 1893 год по адресу ул. Ивановская, дом 4, квартира 7 указана жена статского советника Черемисинова Елизавета Сергеевна (где был в это время сам Пётр Петрович, не известно). Это отчество жены указано и в личном деле П.П. Черемисинова, где  имеется «формулярный список о службе». В графе «семейное положение» записано, что он был  женат на Елизавете Сергеевне Молчановой и имел дочь Елизавету. В 1890-м году дочери исполнилось 12 лет, так что  годом её рождения можно считать 1878-й. Изображённая на портрете девочка как раз и выглядит на 4-5 лет. В той же графе размашистым быстрым почерком сделана ещё одна запись: «Дочь Елизавета умерла 15 лет от роду». Случилось это, скорее всего, в 1893 году. Будучи врачом  и благотворителем, Пётр Петрович спасал жизни людям, многим помогал  в трудную минуту, но помочь единственной дочери оказался не в силах.

Итак, настоящее имя девочки Елизавета, а Лилей её звали ласково домашние. Вряд ли при крещении девочка получила бы такое редкое, не православное, имя. Подобная история с именем была и у Елизаветы Ивановны Дмитриевой, поэтессы Серебряного века, более известной   под литературным псевдонимом-мистификацией Черубина де Габриак, — с детства близкие называли Лизу Лилей. (6)Кстати, при более детальном изучении обратной стороны картины  на овальном подрамнике была обнаружена надпись красным карандашом, говорящая о том, что на портрете изображена Елизавета Петровна Черемисинова.

Каталожные данные (заключение)

Ещё один портрет, написанный когда-то нашим великим земляком И.К. Макаровым, позволил нам прикоснуться к истории давно ушедшей эпохи,  к судьбам людей, творивших эту эпоху. Ещё одна работа обрела правдивую историю. Скорее всего, портрет  был заказан И.К. Макарову по совету П.И. Губонина. Кто сделал надписи с оборота и неправильно указал отчество женщины, — не известно. Скорее всего, родственники изображённых, но никак не автор картины – И.К. Макаров, как говорит нам каталог (7). На основании вышеизложенного каталожные данные работы должны быть следующими: «Портрет семьи Черемисиновых (Петра Петровича, Елизаветы Сергеевны, Елизаветы Петровны Черемисиновых)». 1882.

Примечания.

  1. Рассказ записан автором со слов М.И. Суриной.
  2. Осянина Наталья. Знаменитые художники Мордовии. Издатель Константин Шапкарин.-Саранск. 2011.
  3. ЦГИА СПб. Ф. 411.Оп. 3. Д. 3994.
  4. Бобков В.А.. Ливенские дворяне на службе Отечеству.http://vlivnah.ru/people/user/349/blog/livenskie-dvoryane-na-sluzhbe-otechestvu/
  5. Комиссаровское техническое училище // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  6. Агеева Л. И. Неразгаданная Черубина: Документальное повествование. М.: Дом-музей Марины Цветаевой, 2006.
  7. Русское искусство XVIII —  начала XX века. Каталог. Т.1. Составители: Т.В. Елисеева, Е.А. Вишнякова. — Саранск. 2009.

Иллюстрации:

565x765-images-stories-news-cheremisinovi_2014-1
И.К. Макаров. «Портрет семьи Черемисиновых». 1882. МРМИИ им. С.Д. Эрьзи
566x744-images-stories-news-cheremisinovi_2014-2
И.К. Макаров. «Портрет неизвестной». 1860. ГТГ.
565x659-images-stories-news-cheremisinovi_2014-3
И.К. Макаров. «Портрет П.И. Губонина». Начало 1860-х. МРМИИ им. С.Д. Эрьзи
565x376-images-stories-news-cheremisinovi_2014-4
Надпись на обратной стороне холста.
564x376-images-stories-news-cheremisinovi_2014-5
Надпись на подрамнике «Елизавета Григорьевна Черемисинова»
564x376-images-stories-news-cheremisinovi_2014-6
Надпись на подрамнике «Елизавета Петровна Черемисинова»
564x376-images-stories-news-cheremisinovi_2014-7
Надпись на подрамнике «Пётр Петрович Черемисинов»
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ